Загадки одорологии: что мы знаем и чего не знаем об обонянии

Загадки обоняния

Аромат — самая призрачная субстанция материального мира. А из всех органов чувств, данных человеку, именно обоняние — самое субъективное и необъяснимое. Необъяснимое в буквальном смысле: пересказать словами запах, а точнее то, что мы чувствуем, вдыхая тот или иной одорант, фактически невозможно.

Попросите двух людей описать один и тот же аромат, и вы наверняка получите две разных характеристики. Объективного запаха не существует: восприятие зависит от культурных традиций и от вашего уникального генома, от окружающего контекста и от индивидуального опыта.

Кант называл человеческое обоняние «вкусом на расстоянии», но современная наука о запахах, одорология, убеждена, что это чувство значительно сложнее и многограннее. Рассказываем, какие загадки обоняния учёным уже удалось разгадать, а какие ещё ждут своего исследователя.

Природа обоняния

Природа обоняния

Каждый человек обладает уникальным, почти как отпечатки пальцев, набором генов, отвечающих за ольфакторные ощущения. Аромат, который один человек назовёт приятным, кто-то другой сочтёт отталкивающим — не из-за неприятных воспоминаний, связанных с ним, а потому что на уровне рецепторов люди действительно будут воспринимать его по-разному. Роза, как завещал нам Шекспир, конечно, пахнет розой, как её ни назови, но запах роз для каждого человека свой.

И всё же утверждать, что восприятие ароматов всегда индивидуально — значит, сильно упрощать столь многогранное чувство. Исследования показывают, что вне зависимости от контекста и принадлежности к определённой культуре, люди — сюрприз! — всегда оценивают запах гвоздики выше, чем запах пота или газа. Но тонкие национальные ольфакторные предпочтения тоже существуют: в категории «природные запахи» на первое место у немцев выходит лес, а у японцев — цветы, из запахов пищи немцы отдают предпочтение мясу, а японцы — рису.

«Я нахожу, что из всех чувств зрение — самое поверхностное; слух — самый спесивый; обоняние — самое сладострастное; вкус — самый суеверный и самый непостоянный; осязание — самое глубокое».
Дени Дидро

Обонятельная система формируется уже на двенадцатой неделе внутриутробного развития: плод различает вкусы и запахи околоплодных вод, которые содержат следы всего того, что ест мать. Так, ещё до рождения у нас формируются пристрастия к определённой пище. Сразу после появления на свет, ещё до первого кормления, младенцы уже различают запахи. Доктор Дж. Стайнер обнаружил это в 1977 году. По выражениям лиц новорождённых, он однозначно определил, что бананы и ваниль нравятся им гораздо больше, чем креветки и тухлые яйца.

Необъяснимые различия

Но чем тоньше различия в ароматах, тем интереснее ведёт себя обонятельная система. Об этом свидетельствует забавный эксперимент, опубликованный в 1920 году в журнале Science и до сих пор не получивший научного объяснения. Среди нескольких цветков вербены учёный обнаружил один, чей аромат показался ему особенно приятным. Но его ассистент, на просьбу выбрать самый ольфакторно-красивый цветок, отдал пальму первенства другому. А в том бутоне, что понравился учёному, ассистент не унюхал ничего особенного.

Возможно, у кого-то из них был обонятельный дефект? Тогда учёный предложил составить рейтинг вербены добровольцам. Их ответы разделились чётко на две группы: одни выбирали цветок учёного, другие — цветок ассистента, и одна группа обладала своеобразной «ольфакторной слепотой» в отношении выбора другой. Удивительно, что никто из участников эксперимента не выбрал в качестве предпочтительного некий третий цветок.

Ещё один интересный обонятельный факт, который до сих пор не получил объяснения: правая ноздря различает незнакомые запахи лучше, чем левая. Со знакомыми ароматами обе ноздри справляются одинаково хорошо. Левая при этом более критична — оценивает одоранты менее положительно. В связи с этим древние дыхательные практики, в которых требуется поочерёдное дыхание одной и другой ноздрёй, приобретают новые грани.

Классификация ароматов

Классификация запахов

Вторая большая загадка одорологии как науки — классификация. Почему, несмотря на химическую природу запахов, разложить их на базовые элементы и создать ольфакторную «периодическую таблицу», до сих пор не удалось, хотя попытки систематизировать существующее в природе разнообразие ароматов восходят аж к античности? Эпикур, к примеру, был убеждён, что запахи стоит делить на два типа по виду частиц, которые их вызывают: гладкие и круглые создают приятные запахи, острые и «крючковатые» – неприятные.

«Обоняние <…> могло приносить ничуть не меньшее наслаждение, чем слух и зрение, — все эти чувства, в зависимости от образованности и способности человека, были способны рождать новые впечатления, умножать их, комбинировать между собой и слагать в то целое, которое, как правило, именуют произведением искусства».
Ж.К. Гюисманс

Шведский естествоиспытатель Карл Линней, тот самый, который создал знаменитую классификацию видов, используемую в биологии до сих пор, в 1756 году предложил и свою номенклатуру запахов. Он выделил семь основных типов: ароматические (гвоздика, лавр), благовонные (лилия, жасмин), мускусные (амбра), чесночные, зловонные (они же «козлиные»), отвратительные (бархатцы, паслёновые), тошнотворные (тыквенные). Примерно в это же время врач Альбрехт фон Галлер предложил более лаконичное и, главное, до сих пор не потерявшее актуальности разделение. Запахи, по его мнению, бывают приятные, неприятные и «промежуточные».

Ароматы в цифрах и нотах

Были попытки зайти на территорию одорологии со стороны точных наук. Например, в 1927 американские учёные Крокер и Хендерсон составили балльную систему (от 1 до 8), оценивающую запахи по четырём параметрам: ароматный, кислый, горелый и каприловый, то есть «козлиный». В этой системе роза имела код 6423, а кофе 7683. Чётко, строго и совершенно непонятно — неудивительно, что классификация не прижилась.

А вот парфюмерные «ноты», придуманные в 1887 Септимусом Пиессом, до сих пор в ходу. Химик придумал «одофон» — музыкальный словарь запахов, в котором каждый одорант соответствует определённому аккорду. Сама теория оказалась неприменима на практике, а вот терминология парфюмерам полюбилась.

Сложности, которые мы испытываем при классификации и описании запахов, связаны с тем, что запахи направляются прямиком в лимбическую систему мозга, минуя отделы, отвечающие за речь. Запах — сигнал, не требующий лингвистической формулировки. Впрочем, учёные не оставляют попыток обхитрить мозг.

В 2013 году исследователям из США удалось разделить 144 комбинации базовых запахов на десять групп: парфюмерный, древесно-смолистый, фруктовый, тошнотворный, химический, мятно-ментоловый, сладкий, цитрусовый, едкий и — отдельно — запах попкорна. Впрочем, объективности нет и здесь. Подводя итоги, ведущий исследователь Джейсон Кастро сказал, что для описания невероятной сложности запахов не хватает слов, а групп запахов может быть гораздо больше — просто число 10 показалось ему эффектным.

Влияние запахов

Влияние запахов

Обонятельные ощущения воздействуют на человека на всех уровнях: физическом, ментальном, социальном. Парфюмерные энтузиасты уверены, что отказаться от любимых духов невозможно даже в самые тяжёлые времена, ведь запахи — кратчайший путь к счастью. В этом есть доля истины: информация, поступающая от органов обоняния, идёт в ту часть мозга, где формируются память и регулируются эмоции. Связь между определёнными ароматами и определёнными эмоциями не просто ассоциативна — первые оказывают прямое влияние на формирование вторых. «Запах — это ворота, через которые входят и запоминаются эмоции», — пишет историк Робер Мюшембле в книге «Цивилизация запахов».

Очевидно, что пробуждением ярких воспоминаний, сила запахов не ограничивается. И Марсель Пруст, хоть его именем и назван этот эффект, далеко не первый, кто обратил внимание на крепкую взаимосвязь ментального состояния и ольфакторного окружения. Ещё Оскар Уайльд задавался вопросами «почему, например, запах ладана настраивает людей мистически, а серая амбра разжигает страсти? Почему аромат фиалок будит воспоминания об умершей любви, мускус туманит мозг, а чампак развращает воображение?» Заглавный герой его романа, Дориан Грей, приходил к заключению, что «всякое душевное настроение человека связано с какими-то чувственными (т.е. ольфакторными) восприятиями». О способности ароматов «отпирать» воспоминания много писали и Бодлер, и Мопассан, и Гюисманс.

«В аромате есть убедительность, которая сильнее слов, очевидности, чувства и воли. Убедительность аромата неопровержима, необорима, она входит в нас подобно тому, как входит в наши лёгкие воздух, которым мы дышим, она наполняет, заполняет нас до отказа. Против неё нет средств».
Патрик Зюскинд

Несмотря на всю свою субъективность, обоняние — очень социальное чувство. Исследования показывают, что ребёнок узнаёт свою мать по запаху с двухлетнего возраста, а взрослые люди выделяют запах своего партнёра среди десятка других. Впрочем, выбираем своих возлюбленных мы тоже по запаху: любовь «с первого взгляда» на самом деле имеет гораздо больше общего с обонянием, нежели со зрением. Здесь самое время вспомнить о феромонах, чьё существование учёные оспаривают до сих пор.

Будущее обоняния

Наличие вомероназального органа, способного улавливать феромоны, было недавно обнаружено не только у эмбрионов, но и взрослых людей, а значит, разгадка близка. Уже известно, что феромоны влияют на выработку половых гормонов, определяя наше сексуальное и родительское поведение. А нарушение обонятельной чувствительности может быть ранним симптомом неврозов и даже таких серьёзных заболеваний, как Альцгеймер.

Любопытно, что обонятельная система существует не только у нашего организма в целом, но и у отдельных его клеток. В частности, у сперматозоидов, которые находят яйцеклетку «по запаху». Блокируя их обоняние, можно создать противозачаточные средства нового поколения — разработки уже ведутся.

Теоретически запахи могут использоваться и для облегчения родов, и для коррекции менструального цикла, и в терапии хронических заболеваний, а также для улучшения когнитивных функций мозга. Последним активно пользуется функциональная парфюмерия, создавая духи-ноотропы. Иными словами — одорология обладает огромным потенциалом не только в парфюмерии и ароматерапии, но и в медицине, психотерапии и даже маркетинге. А значит, новые открытия не заставят себя долго ждать.

Фото: Anastasia Fursova for Vogue Ukraine (2021)

Читайте также
Тенденции
Найди меня, если сможешь: истории похищения шедевров искусства
Тенденции
Объять необъятное: как амбивалентность повышает качество жизни
Тенденции
Почему нам нужно читать больше классики
Тенденции
Оскар Уайльд о природе, искусстве и бутоньерках
Тенденции
Джейн Остин о шляпках, идеальных мужчинах и секретах семейного счастья
Тенденции
Тренировка интеллекта: как шахматы делают нас умнее
Тенденции
Многогранная Соня Делоне — в симультанном искусстве и моде
Тенденции
Как выбраться из ловушки чёрно-белого мышления